ДЕНЬГИ БЫЛИ, НО УПЛЫЛИ



Егору Строеву изменила выдержка. Он сорвался на тон, который и для начинающего политика в приличном обществе воспринимается как недопустимый. Недели две назад, стоя посреди пшеничного поля (сюжет несколько раз был показан по местному телеканалу), он заявил в адрес своих оппонентов, сомневающихся в губернаторской стратегии развития сельского хозяйства, что те заслуживают «…всяческого унижения и презрения».
Что же вызвало столь сильное раздражение человека, которому много лет создавали имидж взвешенного и рассудительного руководителя, если он опустился до команды «Фас!»
Могу предположить, что губернатор разгневался за то, что жизнь заставляет людей смотреть на происходящее в аграрном секторе области под другим углом зрения, чем у нас принято. В том числе оценивать любимое детище губернатора – агрохолдинги.

ДАЕШЬ ХЛЕБ НА-ГОРА!

О двух миллионах тонн зерна, якобы выращенных на Орловщине, без устали повторяют с утра до вечера. По–ноздревски хлестко намечают новые небывалые рубежи. На кустовых совещаниях с главами районов и сельхозпроизводителями губернатор поставил задачу – собрать по 40 центнеров зерна с гектара. А к середине жатвы кинули новый лозунг: «Даешь по 60, по 80!».
Прелесть в том, что цифры очень трудно поддаются проверке. Можно сказать, что в закрома засыпали два миллиона тонн, а можно заявить, что и все три. Кто их видел, кто измерял эти закрома? Сколько и чего в них засыпали?
Между тем оперативная сводка, которую по старинке собирает управление сельского хозяйства, дает совсем иную статистику. 40 центнеров при всем желании нашим сельхозначальникам не натянуть. Урожайность почти в два(!) раза ниже – 26 центнеров. Самая высокая в Должанском районе – 38. В Дмитровском, Сосковском не дотянули и до 20. В традиционной житнице нашего края – Ливенском районе – 29, остальные топчутся на 23 - 26 центнерах. К 7 сентября только один район – Должанский - убрал зерновые. В Малоархангельском убирать еще почти треть, в Ливенском не убрано 15 процентов площадей, в Залегощенском, Троснянском, Дмитровском – столько же. И откуда, спрашивается, два миллиона?

ЗДЕСЬ ПТИЦЫ НЕ ПОЮТ

Но даже перечисленное - по отчетам и означает так называемый бункерный вес. То есть не только зерно, но и пыль, камешки, сорняки и другие несъедобные части колоса, которые намолотили комбайны. После очистки, просушки и прочей подработки зерна урожай уменьшается процентов на 10–15.
А кто считал потери при транспортировке? Ежегодно в поле и на дорогах остается не меньше трети урожая. В начале сентября пришлось ехать по Свердловскому району. На отрезке дороги Богодухово- Змиевка на обочине — россыпи зерна. Удивительно, но его даже не клевали птицы. Настолько обожрались с начала жатвы, что уже и в зоб не лезет? Мы специально остановились, собрали по зернышку целлофановый пакетик, а потом взвесили. Получилось, на двух метрах рассыпано почти 600 граммов. Представляете: дорога, а вдоль нее через каждые два метра буханка хлеба. Красиво живем!
Более верным показателем урожая может быть так называемый страховой фонд — то зерно, которое остается в области и гарантирует хлебопекарным предприятиям муку по стабильным государственным ценам. До сих пор он заполнен лишь на две трети, из 130 тыс. тонн сюда попало 81,5 тыс. тонн, хотя деньги за зерно вроде бы обещаны неплохие - цены на уровне сложившихся на рынке.
Гордые цифры и бодрые рапорты только раздражают тех, кто этот хлеб выращивает. Крестьянин чешет в затылке и силится понять экономический парадокс: как при таких достижениях он все больше и больше впадает в нищету? Почему по деревням Орловщины словно мор прошел? Куда не глянешь – голые скелеты животноводческих помещений, заросшие диким бурьяном поля, молодая березовая поросль на хлебных нивах.
Поголовье крупного рогатого скота за год упало на семь процентов, свиней — на 12. Сокращение предопределило снижение объемов производства мяса и молока на пять и три процента соответственно. Казалось бы, немного. Но не будем забывать, что такое снижение идет из года в год. Когда же будет рост? Где оно, это зерно, которое у нас — основа животноводства? Куда девается? Как получается, что долги по зарплате все время растут, хотя размер ее не дает только что с голоду умереть? На 1 июля в области задолженность по зарплате составила 117,4 млн. рублей, большая часть невыплат приходится как раз на деревню.
Признавать поражение своих принципов, ох, как не хочется. Но и праздновать виртуальные победы, устраивая по их поводу хороводы, нельзя бесконечно. За победными финишами наступают суровые будни, и приходит пора платить по долгам.
Пришло время платить и по счетам самого шумного германо-российского проекта «Пшеница – 2000. Орел».

ЗЛОЙ РОК

Старт проекту был дан в июле 1997 года. Говорилось о нем только в превосходной степени, мероприятия проводили с размахом, с непременным присутствием «свадебных генералов», в роли которых выступали то дипломаты, то политики, то представители деловых кругов. Министры сельского хозяйства Семенов и сменивший его на этом посту Гордеев, посол Германии в России Йорган фон Штудниц, видные академики, банкиры – вот кого приглашал Егор Семенович на любование детищем германо–российского сотрудничества.
Дитя с рождения было упитанным, даже грузным, ему дали огромный капитал – 114 миллионов немецких марок. Это был кредит под гарантии российского правительства. По условиям контракта в пять районов Орловской области поступило более трехсот единиц современной сельхозтехники - это мощные зерноуборочные комбайны «Доминатор», тракторы «Фаворит», сеялки «Амазоне», плуги «Лемкен». Новейшей техникой предстояло обрабатывать 100 тысяч гектаров земли и получать с каждого не менее 40 центнеров продовольственной пшеницы - при низшей урожайности выплаты по кредиту становились проблематичными.
Задача сложная, но вполне выполнимая — с новой техникой и технологией умеющие люди при любых погодных условиях получают урожай в 50–60 центнеров с гектара. Высокое покровительство обеспечивало постоянное внимание самого губернатора, который делегировал своего заместителя Николая Цикорева в председатели совета директоров. Осуществление грандиозных задач поручили процветающему в то время акционерному обществу «Орелагропромснаб», а его директор А. Наумов стал генеральным директором проекта. Его Н. Цикорев называл «лучшим менеджером Орловской области».
Однако с самого первого года практической работы дела пошли не так гладко, как рисовали на бумаге. Над проектом, казалось, навис какой-то злой рок. Не успели начать первую уборку, как в Покровском районе, например, вдребезги разбили новенький «Доминатор» ценой в месячный бюджет всего района. Оказалось, комбайны перегоняли с поля на поле на скорости 65 километров в час, и пятнадцатитонная машина, которой инструкция определяет скорость до десяти километров, стала неуправляемой, а тут еще полбункера зерна… Комбайнер погиб. Факт не стали предавать широкой огласке.

А БЕЛЫЙ ЛЕБЕДЬ НА ПРУДУ КАЧАЕТ ПАВШУЮ ЗВЕЗДУ

С немецкой чудо-мельницей, способной производить в сутки до 200 тонн муки, и вовсе вышел полный конфуз. Это даже не мельница, а целый завод. Объект штучный, таких по всей Европе единицы. Все по последнему слову техники – прозрачные трубопроводы, в отделении очистки – тройная сортировка зерна, все производственные процессы автоматизированы. Запускали ее в эксплуатацию с большой помпезностью. На открытии чудо-агрегат иначе как «белой лебедью», «картинкой» и «статуей» и не называли. Но не прошло и полгода, как «белая лебедь» остановилась. Нет, немецкое качество не подвело, причина - чисто русская безалаберность. Агрегат заклинило, потому что на транспортер… упала штукатурка с потолка. Почему упала — кто знает: то ли при ремонте помещения в раствор цемента не доложили, то ли еще какие огрехи строителей, но мельницу пришлось ремонтировать с помощью немецких специалистов. Отремонтировали, она даже поработала, но в начале этого года опять встала. Говорят, профилактический ремонт доверили непрофессионалам.
С продовольственным зерном тоже ничего не получилось. Чтобы его вырастить, надо соблюдать технологию и проводить в положенные сроки необходимые агротехнические мероприятия. А мы пока не научились. Вместо продовольственной пшеницы получили много фуражной, цена на которую вдвое ниже. А тут еще агрохолдингу «навесили» свиней и заставили чуть ли не силой заниматься животноводством. В результате оборотные средства уходили на содержание свиноматок, а на производство зерна приходилось брать все новые кредиты. Долги нарастали, как снежный ком.
Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять: при такой работе убытки гарантированы. Сегодня «Пшеница» фактически банкрот, два года работает без прибыли, к середине сентября не убрана треть полей. Урожайность пока держится на 27 центнерах с гектара, но наверняка в итоге будет меньше, а часть посевов уйдет под снег - убрать за оставшееся время 15 тысяч гектаров, когда за день обмолачивают не больше трехсот, увы, нереально.
Год назад кредиторская задолженность фирмы приблизилась к двум миллиардам рублей. Сомнительно, что «Пшеница» сумеет их погасить. Объективная сводка намолота свидетельствует: дохода опять не будет. По нашей информации, на днях счета «Пшеницы» были закрыты.

ДОЛГИ - ОДНИМ, СЛИВКИ - ДРУГИМ

Если реально смотреть на положение дел – это крах. И он, согласитесь, не следствие негодной федеральной политики, а результат работы губернаторской команды, ведь проекту дали все. Но по кредитам и долгам придется рассчитываться. Вопрос - кому?
На днях генеральный директор проекта А.Наумов подал заявление об отставке по состоянию здоровья. Еще раньше ушел в управляющие банком его заместитель — кандидат исторических наук Анатолий Майоров (сын заместителя губернатора А. Майорова - одного из «отцов» «Пшеницы»), уехал в Москву к новым сияющим вершинам другой нерядовой руководитель - Кононенко. У заместителя губернатора Николая Цикорева тоже новые горизонты. Так что отвечать за провал, выходит, опять некому. Впрочем, чиновники от этого ни сна, ни аппетита не потеряли. Им денег хватало с лихвой. Ни один из тех, кто снимал сливки с проекта, а их множество, не остался внакладе, все стали людьми состоятельными.
О «Пшенице-2000» теперь практически не вспоминают. Внимание всех переключают на новую тему: опять пришел инвестор! На этот раз российский. Всей стране министр сельского хозяйства Гордеев рекомендует учиться у Орловской области, как грамотно завлекать в аграрный сектор чужие деньги.
Пахать и сеять инвесторы взялись рьяно, они обещают построить еще больше «белых лебедей» - элеваторов, хлебохранилищ и предприятий, но уже по переработке ячменя. Орловские крестьяне вновь ждут восхождение обещанной звезды пленительного счастья. Осталось лет десять?

13 сентября 2004, 22:00  1671

Комментарии

Реклама

Ещё из раздела
"Первая полоса"