НЕ ЛОХМАТИЛИ БЫ БАБУШКУ



 В справедливость Марья Павловна уже не верит. После визита к Горбачеву она долго переписывалась с Ельциным. А к Строеву, говорят, до сих пор «дверь ногой открывает». Да только все без толку.

ЖЕНА ЗА МУЖА

  О спокойной старости в свои восемьдесят Марья Дугина может только мечтать. Не до этого ей сейчас. Судится бабушка с государством, отстаивая в неравной борьбе с Пенсионным фондом интересы мужа Бориса Дугина – героя Великой Отечественной войны, трижды раненного, а после Победы целых полвека отдававшего долг Родине честным и нелегким трудом.
  Яблоком раздора между Дугиным и Пенсионным фондом стали несколько лет трудового стажа и кое-какие прибавки к зарплате, не посчитанные по каким-то причинам специалистами, начислявшими ветерану войны пенсию. О том, что государство что-то недоплачивает мужу, Марья Павловна заподозрила еще в конце восьмидесятых. Подняли тогда супруги свои документы, посчитали и решили, что их обманывают.
  Страшно было поначалу против государства идти — в советское-то время. Да потом подумали: а чего бояться, если уже нечего терять? За спиной война, там и пострашнее бывало.
  Ходить по инстанциям инвалиду I группы Дугину было тяжеловато. И отправилась по высоким кабинетам Марья Павловна. Как встречали деревенскую бабушку городские чиновники, догадаться нетрудно. Но, поняв, что просто так отделаться не удастся, велели собирать справки.
  - Собрала я их столько, что если бы сдала в макулатуру, наверное, несколько лишних пенсий вышло бы, - говорит М. Дугина.
  Но документы оказались никому не нужны. В стране повеяло ветром перемен.

КАК НА ВОЙНЕ

  О себе Борис Дугин рассказывает неохотно. Много боли осталось у него в прошлом - и душевной, и физической. По своей однокомнатной квартирке в поселке Добрый Орловского района он передвигается с трудом, опираясь на костыль. На улицу не выходит, дни проводит в отведенном ему углу в комнате, где кроме него и супруги живут еще внук с женой и правнучка…
  Из родного Дмитровского района Борис Дугин в тридцатые годы уехал в Подмосковье. Там окончил техникум, оттуда в 43-м ушел на фронт.
  - Воевал в Донбассе в составе 105-го Гвардейского саперного полка, - вспоминает Б.Дугин. - Трижды был ранен.
  В двадцать лет получил инвалидность и медаль “За отвагу”. С тем и вернулся на малую родину — в д.Ждановку Дмитровского района. Днем помогал родным восстанавливать хозяйство, а вечерами приглядывался к статной деревенской красавице Маше. Нравилась она ему, да сомнения брали, пойдет ли замуж за инвалида? Пошла...
  С тех пор началась мирная жизнь Дугина. Почти полвека проработал он в колхозе “Советская Россия” механизатором. Считался лучшим в своем деле, не раз побеждал в трудовых соревнованиях, в середине пятидесятых даже стал лучшим механизатором области. А в семидесятых получил орден Трудового Красного Знамени.

ПОСЛЕДНИЙ ШАНС

  Когда в собесе им заявили: “Нам лучше знать, сколько вам положено!”, Марья Павловна отправилась за правдой в Москву к Горбачеву. К первому президенту ее, конечно, не пустили, но шуму в столице бабушка наделала много. В районе о пенсионере сразу вспомнили, и, глядишь, сдвинулось бы дело с мертвой точки, да тут вдруг власть переменилась. Одни законы принимались, другие отменялись, и закружилась такая круговерть реформ, что о Дугине опять благополучно “забыли”.
  В начале 90-х пенсионеры обратились в суд и завели переписку с Пенсионным фондом, письма из которого приходят им теперь чаще, чем от родственников. Но вот беда: в сухих официальных строках малограмотные старики мало что понимают. Вроде и чувствуют за собой правду, а доказать ее никак не могут.
  Летом этого года добрые люди посоветовали бабушке обратиться в аудиторскую фирму и провести независимую экспертизу. Исследовав документы, эксперты-аудиторы подтвердили правомерность требований Дугиных! Они пришли к выводу, что чиновники из Дмитровского райсобеса “забыли” проводить инвалида войны на пенсию в положенный по закону срок – он «…не был своевременно осведомлен районным отделом соцобеспечения и администрацией колхоза о том, что имеет льготные основания по выходу на пенсию с 55 лет». Спохватились только в 1984 году, когда Дугину исполнилось 59. Видимо, чтобы ошибка не получила огласки, по-тихому выпроводили тракториста на пенсию не “по инвалидности”, а “на общих основаниях”, хотя до такого определения он не дотягивал еще целый год. Намудрили и в начислении пенсии, «по вине администрации колхоза и районного отдела социального обеспечения», не включив в расчет среднемесячного заработка стоимость зерна, которое колхоз в качестве натуроплаты выдавал механизаторам. Хотя в свое время с этого и налог брали, и партийные взносы. Не вошли в трудовой стаж и годы войны, когда Дугин “тунеядничал” в боях за Украину.
  Этим “забота” о ветеране не ограничилась. Вот лишь одна из выдержек из заключения эксперта: «Причиной систематических недоплат пенсий Дугину Б.Д. послужил… несвоевременный перерасчет пенсий… по установленным законодательством датам (с опозданием)». То есть сотрудники Пенсионного фонда, видимо, просто не поспевали за изменениями в российском законодательстве. Новую пенсию ветерану начисляли с задержкой в 2-3 месяца, а часть денег вообще куда-то исчезла, так и не дойдя до адресата.

А БАБКИ ГДЕ?

  Представители Пенсионного фонда с выводами аудиторов не согласны, но эксперты готовы выступить в суде и доказать, что за двадцать лет, которые Б.Дугин находится на пенсии, государство в общей сложности недоплатило ему около 200 тысяч(!) рублей.
  - Нам чужого не надо, - говорит М.Дугина. – На двоих сто лет честно отработали, хотим и пенсию честную.
  В последнее время бабушке снятся фантастические сны. Будто растаяло однажды бездушное чиновничье сердце и к шестидесятилетию Победы супруг ее подарок дорогой получил: книжку пенсионную, где правильно все начислено. На этом моменте она просыпается и смотрит в темноте с тревогой на мужа – не умер ли?

13 сентября 2004, 22:00  1431

Комментарии

Реклама

Ещё из раздела
"Жизнь"