БЛАГОСОСТОЯНИЕ СТОЛИЧНОГО РЕГИОНА ОБЕСПЕЧИВАЮТ ЖИТЕЛИ ПРОВИНЦИИ. Безработным крестьянам приказано зарабатывать на жизнь двумя способами: либо разводить скотину, либо заводить детей



Проблема безработицы в орловской глубинке существует уже не один год. В безработные попадают зачастую целыми селами и деревнями. При этом, как ни странно, промышленные и сельскохозяйственные предприятия Орловской области – те, что еще не разорились, — испытывают острую нехватку кадров.

Шаблыкинском районе, по информации местного центра занятости населения, на сегодняшний день имеется 89 вакансий. Оказывается, здесь с удовольствием приняли бы на работу механизаторов, электриков, электрогазосварщиков, строителей. Но не примут. Потому что свободных трактористов, комбайнеров и электриков в Шаблыкино нет – уехали они отсюда в поисках лучшей доли и достойной зарплаты. А те, что остались, – рабочие невысокой квалификации – здесь никому не нужны. Особенно не нужны женщины – именно они составляют большую часть деревенских безработных.

Так, например, в шаблыкинском селе Петрушково совсем недавно ликвидировали дойное стадо: говорят, коров пасти некому – скотников не нашли. Результат – шесть доярок остались без работы. То же самое – в деревне Бельдяжки Кромского района. Не у дел остались пять доярок, потому что стадо решили перевести в соседнюю деревню. Та же картина и в Покровском районе. Из восьми с половиной тысяч трудоспособных жителей в сельскохозяйственном производстве занято менее полутора тысяч, а всего три года назад их было 2700 человек. При этом 71% безработных в районе – снова женщины.

Вряд ли те, кто такие решения принимают, не знают о том, что шансов получить хоть какую-нибудь работу у этих женщин больше нет. Как в один голос утверждают специалисты районных центров занятости, речь о создании новых рабочих мест на селе не идет – напротив, они сокращаются с завидным постоянством.

А что же наши хваленые инвесторы, призванные, по заверениям областной власти, способствовать процветанию и развитию орловской деревни? Оказывается, как раз их приход в немалой степени и поспособствовал бурному росту безработицы. Как признают те же руководители районных администраций и центров занятости, интенсификация сельскохозяйственного производства оставляет не у дел большое количество тружеников полей и ферм.

Трудно сказать, что здесь понимается под интенсификацией. Может быть, как раз ликвидация дойных коров. Но то, что с приходом в село различных инвестиционных агрохолдингов и агрообъединений крестьян весьма интенсивно сокращают, – факт.

Таким образом, речь о сохранении или создании новых рабочих мест для крестьян не ведется в принципе: на переучивание и последующее трудоустройство сельских жителей у местной власти просто нет денег. Вот и предлагают они своим крестьянам выживать другими способами.

В том же Покровском, например, выход из критической ситуации видят в развитии личных подсобных хозяйств, для чего людям предлагают брать кредиты. Некоторые действительно берут и на эти деньги покупают скот, технику и сельхозинвентарь. Только вот кредиты рано или поздно надо отдавать, а при нашей системе закупок, когда рыночные перекупщики за зерно и мясо дают гроши, возврат немалых сумм, взятых в банке под немалые же проценты, может оказаться ой какой проблемой.

Правда, вместо кредитов можно еще брать… детей из детских домов. Ни для кого не секрет, что принятая недавно программа «Приемная семья» стала единственным источником средств существования для безработных и безденежных орловских крестьян. Зачастую на пособие, выделяемое государством за воспитание сирот в приемных семьях, и живет вся эта самая приемная семья. Вот и берут покровские крестьяне детишек из приютов: 12 ребят уже живут в восьми приемных семьях, а 14 семей подали документы в органы опеки и попечительства.

Те же, для кого ни тот, ни другой способ выживания неприемлемы, из села попросту бегут. К примеру, за последнее время из одной только упоминавшейся уже деревни Бельдяжки Кромского района уехали 85 человек – кто в Орел, кто в Кромы, а кто и в столицы – Москву и Питер.

Ну, в Бельдяжках-то понятно – работы нет. Но вот ведь что интересно: из относительно развитого и благополучного, по нашим меркам, Мценска народ тоже уезжает. Так, по словам нового мценского мэра А. Фокина, город покинули уже свыше трех тысяч амчан. Едут все туда же – в Москву и другие регионы – на заработки. А ведь при этом на местном рынке труда – огромный дефицит рабочих кадров. Так зачем же от добра добра искать?

Причина проста и понятна: во Мценске, впрочем, как и в других городах области, зарплаты рабочих – одни из самых низких. Вот и уезжают мценские токари, слесари, фрезеровщики, расточники на московские заводы. А водители, электрики и строители уехали еще раньше – в конце девяностых. Потому что столичные зарплаты по сравнению с нашими грошами хотя бы позволяют прокормить семью. Во Мценске рабочему или инженеру завода это не под силу. Поэтому и не идут на освободившиеся места на производстве молодые специалисты – практически на всех мценских предприятиях сейчас трудятся пенсионеры или люди предпенсионного возраста. Что будет, когда они уйдут?

Ситуация парадоксальная: часть населения области страдает от безработицы, часть – работать на местных предприятиях не хочет. И те и другие дружно, стройными рядами, покидают родные места, обеспечивая процветание столичного и прочих регионов. Местные же власти лишь уныло констатируют: в современных условиях дальнейшее высвобождение людей, особенно из сельскохозяйственного производства, неизбежно. Сетуют на вечную нехватку денег – чего бы это ни касалось: переучивания, трудоустройства или зарплат. Зато регулярно и победно отчитываются о ходе реализации национальных проектов — «Развитие АПК», к примеру. Непонятно только, кто ж его все-таки реализует, если работающих крестьян на селе единицы? Впрочем, чиновников-то в избытке. Так что начальству высокому в столице можно быть спокойным – нацпроект «реализуют», а главное, отчитаются как надо.

21 июня 2007, 17:36  2066

Комментарии

Реклама

Ещё из раздела
"Экономика и власть"