ПИСЬМА ИЗ КАМЕРЫ № 136. Адам Вигурский не желает быть громоотводом



На днях «НО» получили сразу два письма из камеры № 136 орловского сизо. Автор — один из фигурантов нашумевшего коррупционного дела Адам Вигурский. «Есть оборотная сторона медали», - написал нам подозреваемый в передаче взятки А. Кислякову. Взвесив все «за» и «против», «НО» решили опубликовать версию подозреваемого.

«Я, Вигурский Адам Федорович, пенсионер, военнослужащий с 28-летним стажем выслуги в рядах Вооруженных Сил России, побывавший в горячих точках, в последние годы занимался законной финансово-хозяйственной деятельностью. В Орле в 90-х годах я возглавил независимую телевизионную компанию, затем работал в Москве и вернулся недавно в Орел, руководил городским ломбардом, к работе которого претензий у населения нет. Не судим.

Ночью 4 апреля 2006 года я был арестован милиционерами из МВД по подозрению в даче взятки заместителю губернатора Кислякову А. Г. только на основании путаных и бездоказательных объяснений гражданина.

Меня на даче взятки Кислякову никто не ловил, денег я Кислякову в виде взяток никогда не передавал. Я в руки никогда денег для передачи взяток не брал. В ночь ареста работники милиции, приехавшие в Орел из МВД, предложили мне вручить помеченные ими деньги (двести тысяч рублей) Кислякову А. Г. как якобы взятку и за это обещали, что меня не арестуют. Естественно, я отказался от роли провокатора, и меня посадили в камеру как подозреваемого, не найдя оснований для предъявления обвинения.

Поскольку у меня было ранее два инфаркта, после которых я уже длительное время живу на поддерживающих сердечных препаратах, от перенесенного стресса в изоляторе УВД мне стало плохо, ко мне конвой неоднократно вызывал «скорую помощь» и, видя, что я могу умереть, перевезли в городскую больницу, где меня от смерти спасли врачи в палате реанимации.

С 8 по 13 апреля 2006 г. мне была оказана медпомощь, и после улучшения состояния я был помещен в тюрьму следователем без допроса, поскольку при предъявлении обвинения я, реанимационный больной, в больнице 12 апреля 2006 года не мог давать показания, находясь под воздействием сильнодействующих и наркотических веществ-уколов, сделанных мне перед допросом. Жену врачи ко мне в больницу не пускали и передачи от нее не принимали по запрету следователя. Против моей воли мне кололи наркотики и сильнодействующие, вредные для моего сердца препараты, чтобы развязать мне язык на допросе в больнице; во время допроса я находился в инвалидном кресле в полубессознательном состоянии.

Три недели со дня ареста я нахожусь в состоянии неопределенности, законные следственные действия со мной не проводятся, я даже не получил от следователя областной прокуратуры Б. Новикова для просмотра милицейские пленки, которые посмотрела по телевидению вся страна, а я не видел их, так как в камере у меня не было телевизора. Оперативные материалы не являются доказательством обвинения, милиция пытается выдать желаемое за действительное...

На мои жалобы и жалобы моего адвоката руководство прокуратуры области и мой следователь, находящиеся под воздействием милиции, не реагируют. Меня держат в тюрьме без надлежащего медицинского обследования и помощи кардиологов, которых в тюрьме нет, я живу на передаваемых мне женой таблетках.

Для сведения жителей Орловской области заявляю, что я и моя семья необоснованно сейчас подвергаемся в Орле травле и преследованиям, в том числе, с помощью средств массовой информации. Я и другие арестованные инвалиды, вероятно, призваны послужить громоотводом от гнева населения на действительно коррумпированных взяточников. Кому это нужно и выгодно, не знаю, но если меня той травлей доведут до третьего инфаркта, который я не выдержу, это будет на совести тех, кто затеял эту провокацию. Заявляю публично решительный протест против нарушений моих прав человека и гражданина и требую прекратить незаконное давление на меня и мою семью. Содержащийся в следственном изоляторе – орловской тюрьме А. Ф. Вигурский. 27.04.06».

«НО» обратились к пресс-службе областной прокуратуры с просьбой прокомментировать версию А. Вигурского. Но там от официальных комментариев отказались, заявив, что информация будет выдаваться в СМИ по мере расследования дела. В неофициальных беседах прокуроры говорят, что такого рода письма, как правило, пишут, чтобы оказать давление на следствие. Свою же позицию они изложат в обвинительном заключении.

27 апреля 2006, 00:56  2667

Комментарии

Реклама

Ещё из раздела
"Криминал"